О вине

Укройся, как огонь, в земную твердь, саки,
Так и туда водой проникнет Смерть, саки.
Не прах ли этот мир?.. Певец, порадуй песней.
Не ветер ли — душа?.. Вином приветь, саки.

Встань! Сердце снадобьем известным успокой,
Душистым, пламенным, прелестным — успокой:
Вином рубиновым, желая нас утешить,
Да чангом яшмовым чудесным успокой.

Совсем не пью вина? — юнцом меня считай.
И можешь презирать, коль пью, да через край.
Вино — для мудреца, для шаха, для гуляки.
Ты не из этих трех? И рта не разевай!

О, сердце, воздержись от пьянства и похмелья,
Не слишком дружбе верь привязчивого зелья.
Вино — веселый врач, но пьянство-то — болезнь.
Не накликай болезнь и не страшись веселья.

Возможно ль от судьбы удариться в бега!..
Как радость редкая, нам чаша дорога.
Вино — кровь мира. Мир — наш враг. С какой же стати
Откажемся мы пить кровь кровного врага?

Вино запретно, но... Коль пить не до конца,
И время выбирать, и не терять лица,
Получится, коль вы учли все три совета,
Не бражка пьяницы, а отдых мудреца.

Вина, когда испить кто просит, — лучше нет.
Струна над суетой возносит — лучше нет!..
Но Смерть, из края в край, весь мир в труху разносит.
Хмельного просит дух: подкосит — лучше нет.

На пиршестве ума сверкнула мысль одна,
Сегодня на земле на всех устах она:
«Когда заявят, мол, вина лежит на пьющем,
Не слушайте! Творец и тот сказал: "Вина!"».

А ну, возьми перо и вычислить сумей,
От жизни сколько взял и сколько отдал ей.
Твердишь: «Вина не пью, поскольку смерть близка, мол».
Конечно, смерть близка, хоть пей ты, хоть не пей.

Багровая струя!.. Вина не стану пить.
Лоза, здесь кровь твоя! Вина не стану пить!
Мой Разум начеку: «Серьезно?!» — «Ах ты глупый,
Поверил, будто я вина не стану пить».